Статьи

О положении мусульман в современном мире

29 октября 2016

О положении мусульман в современном мире сегодня принято го­ворить с повышенной эмоциональностью, которая в зависимости от состава аудитории меняется от восторгов до панических страхов. При этом вопросы исламской солидарности нередко преподносятся носи­телями обоих этих эмоциональных состояний с упором на противопо­ставление мусульман немусульманам. Попробуем разобраться, есть ли для этого основания.

Ведется много разговоров о мусульманском демографическом взры­ве. Каждый пятый житель планеты в той или иной мере ассоциируют себя с исповеданием ислама. Темпы прироста мусульманского насе­ления мира в целом выше средних показателей. Их задает, и будет за­давать, мусульманская многодетная семья. Мусульмане в целом демо­графически активнее, чем носители евроатлантической цивилизации, но в сравнении с другими цивилизационными общностями – индуист­ской, буддисткой, латиноамериканской, неисламской африканской и др. – остаются в рамках нормы. Ясно, что на мусульманах, в том числе

иммигрантах, не лежит никакой ответственности за порождающий де­популяцию на Западе кризис семьи, но западное общество отвыкло от критики своих устоев и не готово к объективной оценке демографиче­ских процессов.

Исламский мир не выделяется как более благополучная часть «боль­шого мира». На страны ОИК приходится 22,3 % мирового населения, но только 7,5 % мирового ВВП и 11,2% мировой торговли. 7 членов ОИК входит в число государств с наивысшим уровнем доходов, но при этом 22 других государства ОИК остаются в списке наименее разви­тых стран мира.

Соответственно исламские государства не выделяются как наибо­лее быстро или наиболее медленно развивающаяся часть планеты.

Исламский мир не отличается значительно от мира в целом и со структурной точки зрения. Велика непохожесть одних исламских стран и народов на другие. Как и везде, религиозная составляющая вплетена в сочетание различных элементов самоидентификации, хотя у мусуль­ман она, как правило, сильнее, чем у последователей других религий.

То, что выделяет мусульман и в определенных контекстах противо­поставляет их остальному населению Земли, связано с исламом – са­мой молодой и наиболее распространяемой сейчас мировой религией. Как религиозная общность умма хотя и не представляет собой моно­лит – иначе была бы бессмысленной тема нашей конференции о сбли­жении мазхабов, но в ней меньше внутренних трещин, чем в других крупных религиозных общностях. Отсюда проистекает куда большая степень религиозной солидарности у мусульман, чем у последовате­лей других религий. Отсюда же – большая чувствительность к диффа­мации религии вообще и, разумеется, ислама в первую очередь.

Подытожив сказанное, подхожу к заключению о том, что у мусуль­ман нет как ни фатальной склонности к самоизоляции, так и ни заин­тересованности в ней. В равной мере у остального мира нет ни заин­тересованности, ни объективных оснований препятствовать интегра­ции мусульман во взаимодействие на всех уровнях – глобальном, реги­ональном, национальном или местном.

При этом у мусульман проявляется и, по всей видимости, бу­дет сохраняться повышенная устойчивость против потери своей цивилизационно-религиозной идентичности, против того, чтобы рас­твориться в разного рода «плавильных котлах». Господствующая на За­паде идеология ждет и требует этого растворения, а не получая его, отвечает то исламофобией, то наращиванием попыток изменить и пере­воспитать своих и зарубежных мусульман. Может ли метаморфоза ве-стернизации мусульман быть массовой, устойчивой и необратимой? Пока этого не наблюдается: посмотрите на процессы, проходящие в Турции.

То, что у мусульман куда больше общего, чем отличий от остально­го мира, делает возможным и перспективным ведение с ними межци-вилизационного диалога.

Ни для мира ислама, ни для евроатлантического мира столкновения цивилизаций не представляются приемлемым и тем более желаемым сценарием мирового развития. Сама идея диалога цивилизаций роди­лась в исламском мире – с ней выступил бывший тогда президентом Ирана Мохаммад Хатами. Одним из соавторов второго варианта той же идеи – Альянса цивилизаций – был премьер-министр Турции Ред-жеп Эрдоган. Исламские государства и их организации – ОИК, ЛАГ – с самого начала подключились к деятельности Альянса цивилизаций и активно наращивают свое участие в его форумах и проектах. Ислам­ские государства подходят к деятельности АЦ с тем же запросом что и Россия: признать не только существование, но и ценность цивилизаци-онного и культурного многообразия, сделать это многообразие некон­фликтным и неконфликтогенным, научиться совместно, демократиче­ским путем управлять им.

По нескольким причинам Альянс цивилизаций отказывается от того, чтобы сделать одним из направлений своей деятельности межре­лигиозный диалог. Им заняты другие диалоговые механизмы, в част­ности Мировой общественный форум «Диалог цивилизаций», АСЕМ. Растет авторитет Всемирного саммита религиозных лидеров, который провел свое заседание в Баку в апреле с.г.

Следует констатировать, что существует широкий разброс мнений относительно предмета, целей и состава участников межрелигиозного диалога. Нет единой позиции и внутри исламского мира. Высказыва­ются опасения: не будет ли участие религиозных деятелей вести к по­литизации религии и клерикализации политики? Не будут ли поставле­ны в ущербное положение те религии, которые в силу своих особенно­стей и организации верующих не говорят единым голосом? Вовлекать ли в диалог малочисленные религиозные общины и секты?

Представляются обреченными на неудачу попытки вести межрели­гиозный диалог, взяв на вооружение идеалы религиозного синкретизма. То же самое можно сказать о попытках коррекции религиозных док­трин и практик. При этом религиозные лидеры безусловно относятся к числу архитекторов общественного мнения и настроений. Они вос­принимаются как признанные моральные авторитеты. Они могут быть соавторами культуры мира и диалога. Они могут, наконец, не спраши­вая чьего-то согласия, встречаться между собой и самим решать, каким может быть их совместное послание мировому сообществу, государ­ствам, общинам, профессиональным сообществам.

Со своей стороны, международные структуры, занятые управлени­ем межцивилизационным и культурным многообразием, нуждаются в консультативном содействии религиозных лидеров, свидетельством чего является создание при ЮНЕСКО Консультативной группы рели­гиозных деятелей высокого уровня.

Укреплению связей России с исламскими государствами способ­ствует благоприятный исторический фон, последовательная на протя­жении десятилетий четкая позиция Москвы в вопросах ближневосточ­ного урегулирования, обретенная на современном этапе развития Рос­сии мусульманами нашей страны свобода исповедовать и изучать ис­лам, поддерживать сотрудничество с единоверцами за рубежом.

Самой актуальной задачей следует признать необходимость суще­ственно расширить сотрудничество с исламскими государствами в эко­номической, в том числе финансово-инвестиционной деятельности. Неверно представление о том, что имеющиеся для этого возможности никак не используются. Для Турции Россия – главный экономический партнер, но и для России связи с этим южным соседом очень важны, а при достижении заявленной цели доведения товарооборота до 100 млрд. долларов роль сотрудничества с Турцией в экономической сфе­ре приобретает новое качество в контексте российских внешнеэконо­мических связей.

В условиях глобального экономического кризиса своевременным был бы обновленный взгляд на наши внешнеэкономические связи. Опыт Турции мог бы активизировать экономические и в первую оче­редь инвестиционно-проектные связи России с членами Совета араб­ских государств Персидского залива. Идет обсуждение соответствую­щих планов.

Необходимо активнее готовить почву в России для существенно­го наращивания такого сотрудничества. Многие западноевропейские страны, а также государства-члены СНГ – Казахстан, например, – адаптировали свое финансовое законодательство для работы с альтернатив­ными (исламскими) банковскими услугами и продуктами. Такая адап­тация у нас могла бы ускорить открытие совместных с исламскими го­сударствами банков, приблизить исламские инвестиции к проектам по развитию нашей экономики.

В экономическом отношении с нашим близким соседом Исламской Республикой Иран уже сейчас необходимо заглянуть поверх существу­ющих сегодня преходящих обстоятельств, наметить крупные направ­ления будущего сотрудничества, избавляться от сохраняющихся у обе­их сторон предубеждений, недооценки ценности партнера.

Согласно хадису, пророк Мухаммед призывал мусульман в поисках знания не бояться дойти и до Китая. В условиях глобализации поиск экономических партнеров надо вести еще дальше. В условиях кризиса проявили устойчивость экономики Индонезии и Малайзии. Расшире­ние связей с этим быстро развивающимся регионом – еще одна задача, которую необходимо решать в рамках политического курса на укрепле­ние связей России с исламским миром.

Комментариев пока нет