Некоторые особенности идеологического противостояния регионов Украины

29 октября 2016

 

Евромайдан и последовавшие за ним события поставили Украину на грань гражданской войны и утраты территориальной целостности. Пришедшие к власти политические силы вызвали не просто негативную реакцию в юго-восточных регионах, а полноценный всплеск гражданского неповиновения. Наиболее ярко эти процессы проявились в Крыму, руководство которого сначала обратилось к России за помощью, а потом и вовсе заявило о желании присоединиться.

Однако вернемся немного назад. Когда Евромайдан в Киеве только набирал силу, левобережная часть Украины, традиционно считающаяся пророссийской, практически никак не реагировала на происходящее. В принципе, этому есть объяснение. Во-первых, массовые протесты в Киеве давно стали отличительной чертой украинской политической жизни. Во-вторых, западные регионы и жители столицы с самого обретения независимости были более активными в плане массовых выступлений и проведении протестных акций.

Постепенно стало понятно, что Евромайдан стал не просто очередной акцией протеста части украинского общества против внутре- и внешнеполитического курса В.Ф. Януковича, а куда более масштабным событием. Тем не менее, тогда реакции на Юго-Востоке также практически не наблюдалось. Любые же «антимайданные» акции и митинги оппозиция приписывала так называемым «титушкам».

Ситуация начала в корне меняться, когда участники Евромайдана захватили власть в Киеве и ряде западных и центральных регионов Украины. Последовавшие за этим события вместили в себя и разгон спецподразделения «Беркут», и отмену регионального статуса русского языка, и снос памятников. Только тогда последовали ответные действия юго-восточных регионов, население которых выразило недоверие центральной власти.

Почему же реакция была столь запоздалой? Причин для этого видится несколько.

Прежде всего, юго-восточные регионы Украины не имеют собственной ярко выраженной идеологии. Именно этот фактор сыграл решающую роль в начале 1990-х годов в период обретения Украиной независимости. После того, как советская идеология утратила свою актуальность, единственной силой, способной предложить какую-либо альтернативу населению, оказались сторонники украинского национализма. И, несмотря на то, что в ее основе лежала русофобия, именно эта, западноукраинская, модель легла в основу нового государства. Население юго-восточных регионов, придерживавшееся в большинстве своем советских ценностей и идеи близости с Россией, не смогло противопоставить новой идеологии каких-либо собственных концепций.

За более чем 20 прошедших с распада СССР лет на основе западноукраинской идеологии не удалось создать единой украинской нации. Причина кроется, в основном, в ее ущербности и нетерпимости к русскоязычной части населения. Попытка формирования нации исключительно на основе создания образа внешнего врага в лице России и внутреннего – в лице русского языка и культуры и их носителей не приносила желаемого успеха.

Юго-восточные регионы, в свою очередь, так и не смогли выработать какой-либо альтернативный западноукраинскому проект. Во многом подобные начинания пресекались центральной властью. В частности, в «домайданной» Украине не было не только ни одной влиятельной пророссийской партии, но и заметного пророссийского политика. Попытки организовать пророссийские движения порою заканчивались для их участников уголовным преследованием, как это было в случае с одесским депутатом Игорем Марковым.

Единственной идеей, способной хотя бы потенциально соперничать с западноукраинской идеологией стал проект федерализации Украины. Однако вплоть до текущего момента он не получил не то что практической реализации, но и должного теоретического обоснования. Кроме того, один из главных сторонников и идеологов федерализации Украины Евгений Кушнарев погиб при загадочных обстоятельствах  в начале 2007 года.

Именно из-за отсутствия альтернативного государственного проекта у юго-восточных регионов их реакция происходила уже после свершившихся событий: протесты против свержения действовавшей власти, попытки защитить от сноса памятники Ленину и т.д.

Второй причиной длительной политической апатии Юго-Востока является позиция России. Если проанализировать предпочтения населения левобережной Украины, то можно сделать вывод, что за сближение с Россией выступают, в основном, люди старших поколений, жившие еще во времена СССР и во многом сохранившие советские ценности братских народов. Именно они стали главной протестующей силой после прихода к власти представителей Евромайдана. Молодежь же относилась к киевским протестам как минимум нейтрально, а во многих случаях и активно выступала на их стороне. Можно вспомнить акции в поддержку Евромайдана в ряде крупных городов Юго-Востока, доходившие порой до столкновений и применения оружия. Исключением на этом фоне является Крым, но здесь свою роль играют исторические предпосылки и тесные связи республики с Россией в постсоветский период.

Что касается молодежи юго-восточных регионов Украины, то она вполне готова поддерживать цели и призывы Евромайдана. Во-первых, они выросли и получили образование уже в независимой Украине, испытав при этом значительное влияние господствовавшей идеологии. Во-вторых, в глазах населения, по крайней мере, на начальном этапе, Евромайдан ассоциировался с европейским выбором и европейской мечтой. Желание жить «по-европейски», «как в Европе» присуще не только молодежи Украины. Аналогичные тенденции наблюдаются в большинстве стран постсоветского пространства. Европа и Европейский Союз часто являются синонимами процветания, стабильности, безопасности.

Современные проекты России, вокруг которых Москва пытается объединить республики бывшего СССР, пока не могут выступать полноценными заменителями интеграции с Европой. В лучшем случае они лишь набирают мощь (Таможенный союз), в худшем – представляют собой комплекс теоретических наработок (Евразийский союз). Несмотря на большой потенциал этих проектов, их реализация и превращение в эффективные интеграционные объединения займет не один десяток лет, а ждать столько времени современная украинская молодежь не хочет. Поэтому они и считают, что старшие поколения мыслят непрагматично, отжившими категориями, лишая их европейского будущего.

Стоит отметить, что нынешние проекты России сосредоточены, в основном, вокруг торгово-экономических отношений, оставляя вне поля зрения культуру, религию, образование. В юго-восточных регионах Украины не была развернута сеть отечественных НКО, занимающихся пропагандой и продвижением русского языка, культуры, общих российско-украинских ценностей. В этом Россия существенно отличается от стран Запада, которые прекрасно понимают, что основная борьба в современном мире ведется за умы людей.

Именно поэтому России необходим комплексный проект по реинтеграции Украины, включающий в себя как экономическую, так и духовную и образовательную сферы. И для этого не нужно придумывать кардинально новые идеи, способные объединить два братских народа. Концепция общерусской идеи известна еще с 19 века и не утратила своей актуальности в веке 21. Кроме того, Россия вполне может выступать как центр сохранения традиционных ценностей на фоне общего нравственного упадка в странах Запада.

Третьей причиной запоздалой реакции Юго-Востока стало недоверие населения к действовавшей власти в лице президента В.Ф. Януковича и Партии регионов. Именно оно объединяло жителей Львова и Донецка в общем протесте. Во время президентских выборов 2010 года многие жители Юго-Востока голосовали не «за» Виктора Януковича, а «против» Юлии Тимошенко. Прошедшие годы показали, что избранный президент не выполнил большинство своих предвыборных обещаний, продолжив курс своего предшественника на сближение с Европой и отрыв от России. Поэтому население юго-восточных регионов чувствовало себя обманутым и не спешило защищать действовавшую власть.

Подводя итоги, можно сказать, что в течение всего периода существования независимой Украины ее западные регионы всегда выигрывали идеологический спор у юго-восточных, вынуждая их населения реагировать на уже свершившиеся события. Идеологическое меньшинство вполне успешно навязывало свои позиции всей стране, пользуясь практически полной идеологической безоружностью оппонентов.

События последних дней серьезно поколебали существовавший расклад сил на идеологическом фронте. Юго-Восток выступил против западноукраинской идеологии, базирующейся на русофобии и возвеличивании нацистских пособников. У населения этих регионов пока нет альтернативного проекта государственного переустройства, но у них есть желание сохранить свою идентичность.

Очевидно, что для России это последний шанс вернуть Украину в орбиту своего влияния. На протяжении всего постсоветского периода Москва перманентно проигрывала «битву за Украину», сейчас есть шанс взять реванш. Главное не забывать, что основная борьба идет за умы людей, а завоевывать умы гораздо сложнее, чем присоединять территории. Поэтому России нужен глобальный проект, способный заинтересовать и объединить народы не только на основе финансовой выгоды.

Как говорил Гай Юлий Цезарь, «можно найти много людей, готовых убивать за деньги, но нельзя найти людей, готовых умирать за деньги». Людьми двигают идеи. У «Правого сектора» такая идея есть, и они готовы за нее драться. Идея должна быть и у регионов Юго-Востока, Хотя бы потому, что в западноукраинскую модель они в своем нынешнем виде никак не вписываются.    

Комментарии 2

<p>
<span style="font-family:Arial, Helvetica, sans-serif;font-size:13px;">НЕТ противостояния России и Украины! По одной простой причине - Украины то уже нет! Есть, нечто, что претендует на это название, оставшийся огрызок от страны!</span>
</p>
<p>
<span style="font-family:Arial, Helvetica, sans-serif;font-size:13px;">НЕТ противостояния России и Украины! По одной простой причине - Украины то уже нет! Есть, нечто, что претендует на это название, оставшийся огрызок от страны!</span>
</p>