Статьи

К граням нашего реформаторства: статус как имитация развития и форма коррупции

29 октября 2016

Попытки политических героев 90-х совершить революционный прыжок из мира коммунистической утопии в столь же утопический, как теперь стало очевидно, мир по имени «либерализм на российской почве», увы, в соответствии с неумолимыми принципами истории обернулись химерами превращенных форм бытия:

 - слитностью власти и бизнеса, превращающей собственность в эфемерную условность, а власть в индустрию коррупции; - виртуально - иррациональным характером разделения властей, низводящим законодательство до дежурных функций обслуживания запросов исполнительной власти, которая заодно командует и судами;

 - такой суверенностью «российской демократии», при которой желания и соображения «первого лица» страны куда выше принципов и ценностей самой демократии, ведя страну дорогой долгоправства лидера и несменяемости властвующей корпорации.

Да и вертикаль власти, главное достижение реформаторского курса последних лет обрела такие формы превращенности, что она, увы, слишком часто внизу становится «орудием цапков»(безжалостного союза криминала и чиновной бюрократии), а наверху - корпорацией интересов, «клубом сметановых»(привилегированных коррупционеров). И сам «курс стабильности» от 2000 - х, пробудивший было поначалу надежды в обществе, устранив лишь самые нестерпимые формы хаоса и анархии в стране, увы, обернулся в консервацию форм псевдо - рыночной экономики и псевдо - демократической политики. Более того, многие из этих форм именно в пору стабилизации получили юридическую легитимацию и простор действия. Речь идет, в частности, о госмонополях и госкорпорациях, ворочающих сотнями бюджетных миллиардов, щедро назначая своим менеджерам годовые оклады в десятки и сотни миллионов рублей и легко(когда надо!) трансформируясь в частные «ОАО и ЗАО»; о закрытых от глаз общества банках; о хитроумных формах госзаказов и госзакупок, исполнителями коих почему - то сплошь и рядом оказываются фирмы –однодневки и о прочих чудесах нашей жизни.

Ныне волны кризиса, обрушив розовые постройки «успешного роста ВВП на нефтяной игле» в одночасье почти на 20%(рекорд падения среди всех развитых и развивающихся стран мира с начала кризиса от 2008 года!), вновь обнажили глубинные проблемы постсоветской России, не находящие решения вот уже почти четверть века: не выстроенность эффективных механизмов развития(политического, экономического, культурного) и отсутствие социальных лифтов, стимулирующих таковое развитие. Как и в 90 - е годы стратегия власти(если можно говорить о таковой) чаще всего сводится к избирательному облагодетельствованию, к директивной раздаче статусов, к элитизации кого - то и чего - то. В итоге, известные еще с 90 - х формы элитизма, когда дружески спаянные высшие чиновники вкупе с женами, подругами и детьми, - все как один «талантливыми» банкирами и предпринимателями, - приносят или уже принесли Отечеству такие формы и плоды «прогресса» как «Интеко», банк «Москва», «Оборонсервис», «Агролизинг», Питерское ЖКХ(то ли еще будет?), в последнее время пополняются разными новинками. Так, высшая школа уже поделена не только на «эффективные» и «не эффективные» - из ее состава еще выделены три категории элитных. МГУ им. Ломоносова и СПбГУ - как общенациональные вузы, с чем, вероятно, согласится каждый. За ними по элитности следуют 7 университетов, именуясь «федеральные», хотя в их персональный состав в профессиональной вузовской среде вызывает вопросы. Особенно удивляет и озадачивает то, что в уставах федеральных университетов вообще нет каких - либо федеральных функций. Выходит, титул «федеральный вуз» - это вовсе не обязанность, а знак некий отличия, «директивной успешности», даренной элитности.

Еще больше вопросов вызывает состав третьей элитной группы вузов - национальных исследовательских университетов. Замечательно, если ФИЗТЕХ или МГТУ им. Баумана получают такой обязывающий статус и соответствующие ресурсы. Но вузов их уровня в России, увы, не более десятка(в лучшем случае), а одаренных громким статусом «национально - исследовательский университет» уже 29.  Директивно заданный круг исследовательских университетов  вызывает и другие вопросы - его состав  отдает духом технократизма и экономизма, здесь не нашлось места гуманитарной науке, ее роли в современной России, в решении ее ключевых проблем(в частности - в созидании мира и согласия в стране, в консолидации многообразия российских этносов и культур в единую нацию, что ныне стоит так остро).

Понятно, обоснованная дифференциация вузов(как и их интеграция), будучи наполнена функциями и поддержана ресурсами может стать(и является) механизмом развития, а значит – и способом реформирования высшей школы. Но когда о функциях целой группы «элитных» вузов просто забывают, дифференциацию выдают за абсолютный механизм к прорыву в лидеры мирового образования(в списки 100 или 300 лучших университетов мира). А еще такой прорыв провозглашается как самая главная цель стратегии развития высшего образования в России(см. документы Министерства образования и науки РФ, тексты выступления его руководства), возникает множество вопросов. Ведь образование - все же не сектор рынка и не отрасль домохозяйства, что может мериться успехами в рыночной конкуренции, а базовая интеллектуально - культурная инфраструктура общества и страны, призванная обеспечить решение всех задач развития общества. В этом смысле образование ни одной страны не может быть эталоном для всех и абсолютно конкурентным на общем рынке уже в силу его неизбежной культурной специфичности. Вот и приходится задаваться вопросом: «Не получается ли у нас так, что далеко не бесспорное рыночное понимание «образования как услуга», что упорно насаждается сверху, влечет и опасно ложные цели его развития - в ущерб интересам страны?»

Ведь в сегодняшней России, отягощенной неравенствами всех мыслимых и немыслимых форм, «задачей номер один» для сферы образования является работа «на смягчение» и снятие этой ситуации. Если стать на эту позицию, и дифференциация вузов обретает иные смыслы и иные формы. Разумеется - пусть у нас будут университеты с амбициями и заданием ворваться в пул мировых лидеров, одерживать геополитические победы. Но федеральные университеты (коли они наделены таким статусом) должны бы непременно дополняться сетью сносно оснащенных и финансируемых региональных вузов и работать на «внутреннюю проблематику» страны - на выравнивание условий развития регионов (краев/ областей/республик), на общий подъем Российской Федерации, чего, увы, как не было так и нет. Едва ли ни единственным результатом директивной элитизации части российских вузов пока реально стало лишь излечение ренты из статуса элитности. Так, градация вузовской зарплаты ныне такова, что заработок профессора может составить и 15, и 150 тыс. руб. - в зависимости от «элитности» вуза и региона его прописки. А свобода ректора в плане назначения окладов самому себе в ходе скандальных реформ возросла настолько, что власти теперь озабочены тем, как решить задачу прозрачности ректорских зарплат(которые в среднем по РФ, судя по доступным сведениям, почти в 20 раз превышают заработок профессора).

Увы, имеют место и почти гоголевские сюжеты, порождаемые навязываемой сверху стратегией «успешности вуза по меркам рынка». Так, в вузовской среде громко ропщут, что время и силы уходят на «производство показателей… успешности»(по заданным сверху образам и лекалам), в ущерб реальному успешному творчеству. И что совсем опасно - появились такие «креативные» вузы - новоязы, которые ставят немыслимые рекорды рыночной успешности. Вот пример - один из этих «новейших звезд»(его легко распознать в сетях), имея историю лишь в 10 лет(а минимальным сроком становления вуза считается 25 лет) и располагая всего - то несколькими кафедрами(названия коих порой поражают смелостью, типа кафедры «Естественнонаучных и обще - профессиональных дисциплин»), осуществляет прием в пропорции 3 платных места на каждое бюджетное и ведет подготовку по головокружительно обширному кругу направлениям, в числе коих: инноватика(!), менеджмент, прикладная информатика, психология, электроэнергетика и электротехника, информационные системы и технологии,  сервис(?), техносферная безопасность(?), пожарная безопасность(чего еще изволите?), обеспечивая при этом среднюю зарплату по вузу 100 тыс.руб. Коммерческий успех, что и говорить, налицо. Но может ли вуз подобной философии и тактики действия обеспечить России долговременный успех и фундаментальное развитие?

 В силу профессиональной принадлежности(а можно сказать - ограниченности) автора в тексте возобладали сюжеты из сферы высшей школы. На самом же деле избирательная элитизация в стране ныне становится едва ли ни самым ходовым инструментом действия власти в самых различных ситуациях и областях жизни. В госслужбу вернулось длиннющее элитное ранжирование и обилие генеральских званий, высмеянное еще классиками русской литературы. Шкала зарплаты в бюджетной сфере имеет почти 20 уровней(!). Даже героини из «Оборонсервиса», которые усердно освобождали армию от «избыточной собственности» и «устаревших/неэффективных вузов» вроде Военной академии имени Жуковского (разумеется - в интересах повышения мощи страны), не преминули открыть ряд элитных и, как водится, закрытых общеобразовательных школ. Такова ныне мода «высокого менеджмента» в нашем Отечестве.

Произвольная элитизация всего и всяк именем власти у нас стала такой привычкой, что дело порой доходит до абсурда. К примеру сказать, был бы рад услышать внятные аргументы к тотальной элитизации казачества. У казачества теперь - преференции при приеме на госслужбу, призыве в армию и в силовые ведомства. Даже в структуре администрации Президента РФ создано особое управление по делам казачества. Как все это соотносится с Конституцией РФ? Если казаки здесь проходят как жертвы политических репрессий советской поры, давайте, всем жертвам (хотя получается – их потомкам!) дадим равные преференции. Если казаки - это сословие, давайте, восстановим все сословия царской России. А если казаки - это тип культуры, то какие же преференции здесь могут быть? Если, наконец, казаки хорошие войны, то у нас в России много храбрых и воинственных народов - пусть все равно и честно служат стране. И еще. Разве неприглядная «правда Кущевки»(что случилось на Кубани, в центре казачества) - не является исчерпывающим развенчанием мифов о правоохранных дланях казаков?

Увы, в свете этих фактов жизни элитизацию казака приходится соотносить с особым положением РПЦ в современной России. Выходит - казак призывается в спецназы РПЦ?. Но не повлечет ли это опасный для мира и покоя в стране «зеркальный» исламский ответ?

Отношусь к тем, кто питает уважение к православной религии и к чувствам православного большинства в нашей стране. Но пора бы уже определиться, каким путем мы, россияне, хотим следовать в эпоху глобализации всех сфер бытия и сложнейших трансформации мира - с опорой на науку, университет научно - гуманистических традиций и стартапы, на демократию и гражданскую активность(сохраняя и переосмысливая при этом ценности своих культур и выстраивая общее пространство их диалога) или же исповедуя «суверенную демократию» и курс твердой руки, назначая главную религию страны и ее особых охранителей, при этом директивно одаривая статусами и элитарностью, то и тех, что(и кто) отвечает интересам как бы движения по этому «самобытному пути»?

 А пока получается так: страна фактически застряла в межпространстве этих двух путей/стратегий, что слишком часто сводит наше развитие к формам имитации развития - к декларациям намерений, презентациям программ отдаленного действия («Россия - 2030»), порой не стыкующихся между собой и, увы, к обильному продуцированию знаков и символов «успешности» (точнее - вымрроченной элитности и стаутсности), вроде «Сколково», «Оборонсервис», «Роснано», «федеральный университет» и прочих чудес, благодатных разве что в плане излечения ренты определенными узкими «элитными» кругами.

Тхагапсоев Х. Г., д.ф.н., проф. Кабардино-Балкарского государственного университета (г. Нальчик)

 

Комментариев пока нет